Покровительство на потоке: анатомия коррупционной схемы бывшего вице-премьера

Редакция журналистских расследований / Владикавказ

Почему бюджетные миллионы утекают сквозь пальцы чиновников? Ответ — не в громких отставках, а в тихой, технически выверенной рутине госзакупок. Пока следователи собирают разрозненные эпизоды коррупционных схем, а главная фигурантка скрывается за границей, редакция журналистских расследований представляет эксклюзивный анализ системной проблемы, которая годами оставалась за кадром уголовной хроники.

Это первая публикация из цикла материалов, в которых мы детально разберём, как устроена система государственных закупок, где именно в законодательстве и процедурах существуют «дыры», позволяющие обходить правила, и каким образом высокопоставленные чиновники годами использовали эти лазейки для вывода бюджетных миллионов. История Ларисы Тугановой — не просто хроника падения одного чиновника, а наглядное пособие по анатомии коррупционного конвейера в типовой региональной власти.

Почему это важно для каждого

Северная Осетия — не единственный регион, где коррупция стала частью повседневной рутины. За первые четыре месяца 2026 года республика уже пополнила федеральную хронику громкими делами: двум чиновникам Минсельхоза вменили хищение 96 миллионов рублей, чуть позже директора и начальника отдела одного из учреждений Минздрава заподозрили в хищении 11 миллионов рублей из бюджета.

Дело Тугановой — не одиночный эпизод. Это симптом. Каждый незаконно выведенный рубль — это недостроенная школа, неотремонтированная больница, незакупленное оборудование. Пока чиновники выводят миллионы через отлаженные схемы, жители республики платят за их преступления. Наша цель — показать точное устройство коррупционного механизма. Понимание того, как он работает, — первый шаг к его остановке. Этот материал открывает серию публикаций, в которых мы шаг за шагом разберём технические лазейки в системе госзакупок, позволяющие обходить закон.

Кто такая Лариса Туганова

Лариса Туганова — в недавнем прошлом одна из самых влиятельных женщин в правительстве Северной Осетии. Карьерный рост привёл её в кресло заместителя председателя правительства республики, где она курировала социальный блок — от минтруда до подведомственных учреждений, распределявших немалые бюджеты. После отставки с поста вице-премьера в октябре 2023 года она была назначена советником главы Северной Осетии Сергея Меняйло.

Именно это кресло, по версии следствия, превратилось в высокодоходное предприятие.

Сначала Туганова стала фигуранткой дела о превышении должностных полномочий (п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ). По версии следствия, с января 2022 по май 2023 года чиновники министерства в нарушение закона заключили с единственным поставщиком 53 госконтракта на сумму свыше 35 миллионов рублей, хотя должны были проводить полноценные торги.

Но уже через несколько месяцев картина изменилась: появились эпизоды со взятками в особо крупном размере, бегство и международный розыск.

Как это делалось: схема «вице-премьер — сын — откат» (версия следствия)

По данным Следственного комитета РФ, с 2022 по 2025 год в Северной Осетии действовала отлаженная трёхзвенная модель.

🔴 Звено №1: Чиновник-покровитель. Лариса Туганова, по версии следствия, использовала должностные полномочия для «общего покровительства» конкретному предпринимателю. Взамен на деньги она давала указания руководителю одного из государственных бюджетных учреждений закупать товары для нужд организации именно у этого предпринимателя — в качестве единственного поставщика, минуя конкурсные процедуры.

🟠 Звено №2: Трансграничный кассир. Деньги передавались не напрямую, а через посредника — сына чиновницы. Он уже проживал за границей: ещё в 2024 году он выехал в Канаду, где запросил политическое убежище. Именно на его счета, по данным следствия, стекались «откаты» от предпринимателей. Общая сумма, полученная Тугановой, превысила 2 миллиона рублей. Такая дистанция делала схему максимально безопасной: вице-премьер не оставляла прямых следов получения денег.

🟡 Звено №3: Предприниматели-клиенты. Среди тех, кто предположительно давал откаты, фигурируют индивидуальный предприниматель и директор одного из государственных бюджетных учреждений. На момент публикации в отношении директора учреждения расследуется уголовное дело о злоупотреблении должностными полномочиями (ч. 1 ст. 285 УК РФ), а в отношении индивидуального предпринимателя — о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ).

В апреле 2026 года было заведено очередное уголовное дело. Тугановой вменили ч. 6 ст. 290 УК РФ («Получение взятки в особо крупном размере»), а её сыну — ч. 4 ст. 291.1 УК РФ («Посредничество во взяточничестве, совершенное в особо крупном размере»). Уголовные дела соединены в одно производство.

Таким образом, классическая коррупционная триада «покровительство — откат — отмывание» была встроена прямо в систему государственных закупок социального блока, причём в самой уязвимой её части — закупках у единственного поставщика.

Анатомия коррупции в госзакупках: эксклюзивный анализ редакции

Ключевой вопрос: как технически были подстроены закупки, если формально контракты заключались в рамках Федерального закона № 44-ФЗ?

Мы провели собственный анализ процедуры формирования документации в госсекторе. Наше исследование показывает, что в технологии создания технических заданий, спецификаций (ТЗ) и сборе коммерческих предложений заложен системный коррупционный потенциал. Именно эти «дыры» в законодательстве и процедурах позволяют обходить правила годами.

📌 Проблема №1: некомпетентность заказчика — кто на самом деле пишет ТЗ?

Согласно статье 33 Федерального закона № 44-ФЗ, заказчик (в данном случае — подведомственные учреждения минтруда) должен самостоятельно составлять техническое задание, описывая объект закупки максимально объективно.

На практике сотрудники отделов закупок физически не могут разбираться во всех сферах (медицина, IT, строительство, социальные услуги). В результате они делегируют эту работу потенциальному поставщику, который с готовностью предоставляет «проект» ТЗ — разумеется, под свои товары. Заказчик же, не имея компетенций для проверки, утверждает его. В этом и заключается антиконкурентная суть так называемой «заточки» под своего поставщика: заказчики умышленно усложняют требования к товарам, ограничивая количество участников и лишая себя возможности выявить лучшие условия поставки.

⚠️ Как это работало в случае с Тугановой: вице-премьер курировала социальные учреждения. Если директор такого учреждения входил в схему (а именно так и случилось — против него возбуждено дело по ст. 285 УК РФ), он мог либо сам составить «нужное» ТЗ (под аффилированного поставщика), либо обратиться к «своему» предпринимателю. Туганова, по версии следствия, обеспечивала общее покровительство — то есть никто не задавал вопросов, почему ТЗ составлено некомпетентными сотрудниками отдела закупок, а фактически — заинтересованным лицом.

📌 Проблема №2: точечное техзадание — как отсечь неугодных

Самая распространённая коррупционная практика — включение в техническое задание характеристик, которым соответствует продукция только одного конкретного производителя. Это прямое нарушение пункта 1 части 1 статьи 33 Федерального закона № 44-ФЗ, запрещающего необоснованное ограничение конкуренции.

ФАС России в своём письме от 21.03.2025 № 28/26176/25 указала: объект закупки должен быть сформирован таким образом, чтобы совокупности установленных характеристик соответствовало несколько производителей, иначе это может свидетельствовать об ограничении конкуренции. Принцип недопустимости ограничения конкуренции (статья 8 Закона № 44-ФЗ) согласуется с запретом, установленным частью 1 статьи 17 Федерального закона № 135-ФЗ «О защите конкуренции», который запрещает при проведении торгов действия, приводящие к недопущению, ограничению или устранению конкуренции. Однако, как позже уточнила ФАС, заказчик не обязан обеспечивать наличие двух производителей именно из реестра российской промышленной продукции — этот нюанс создаёт дополнительные сложности для правоприменения.

В деле Тугановой, по версии следствия, работала именно такая схема: для «нужного» поставщика составлялось индивидуальное техническое задание, под которое больше никто не подходил. Конкурс превращался в формальность.

📌 Проблема №3: фиктивный сбор коммерческих предложений

Формально перед проведением закупки заказчик обязан обосновать начальную (максимальную) цену контракта (НМЦК). Согласно статье 22 Федерального закона № 44-ФЗ, одним из распространённых методов является метод сопоставимых рыночных цен — проще говоря, анализ рынка на основе коммерческих предложений.

На практике «анализ рынка» чаще всего сводится к тому, что заказчик запрашивает коммерческие предложения у нескольких потенциальных поставщиков. Федеральный закон № 44-ФЗ прямо не запрещает использовать для этого коммерческие предложения, поступившие на электронную почту, и даже не устанавливает требований к статусу этих поставщиков. Более того, формально Законом № 44-ФЗ не установлен запрет на использование информации, полученной от аффилированных лиц, что подтверждается позицией Минфина России в письмах от 12.12.2017 № 24-01-09/82766 и от 18.05.2020 № 24-03-08/40635.

То есть формально достаточно направить запросы трём компаниям, получить три коммерческих предложения — и можно обосновывать цену.

Но ничто не мешает поставщику, заинтересованному в выигрыше, быть владельцем или контролировать эти самые «несколько разных компаний».

🟢 Классификация участников: жадные и умные

Чтобы понять, как именно поставщики манипулируют системой, мы предлагаем наглядную классификацию участников рынка.

«Жадные поставщики» — те, кто участвуя в торгах, в итоге выигрывают аукцион и поставляют товар по завышенным ценам. Их стратегия проста и прямолинейна: создать техническое задание под свой товар, выиграть торги и получить максимальную прибыль без лишних ухищрений. Однако такая тактика привлекает внимание контролирующих органов, поскольку очевидное завышение цены и ограничение конкуренции легко выявляются при проверках.

«Умные поставщики» — действуют тоньше. Они делают так, что в торгах участвуют именно те компании, которые подавали коммерческие предложения, создавая полный цикл «анализа рынка». Затем эти же компании, немного торгуясь друг с другом, опускают цены — но ровно настолько, чтобы создать видимость конкурентной борьбы и избежать подозрений. Однако суть схемы остаётся неизменной: реальный выигрыш всё равно достаётся тем компаниям, которые изначально писали техническое задание. Им не нужно сильно снижать цену, поскольку они контролируют и предложения конкурентов, и саму процедуру. По сути, это классический картельный сговор, запрещённый пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ. Такие соглашения могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Именно эта вторая — «умная» — схема представляет наибольшую опасность. Она трудно доказуема, поскольку формально все процедуры соблюдены: коммерческие предложения собраны, торги состоялись, контракт заключён. Но за этой видимостью стоит полная имитация конкуренции, когда заранее определённый победитель получает государственный контракт по цене, которая могла бы быть значительно ниже при реальной конкурентной борьбе.

⚠️ Практика — как это выявляется на самом деле

Контрольные мероприятия показывают, что скрытые связи, когда коммерческие предложения поступают от «своих» компаний, не имеющих достаточного опыта, приводят к искусственному завышению цен и формированию необъективной НМЦК. Один из характерных примеров описан в Апелляционном определении Московского городского суда от 24.10.2023 по делу № 10-18064/2023: запросы на коммерческие предложения направлялись в один адрес на электронную почту одному лицу, что создавало искусственные условия для формирования заявки на проведение закупки по завышенной цене. Коммерческие предложения от подконтрольных организаций, содержащие заведомо завышенные цены, легли в основу расчёта НМЦК.

Вывод практики: даже формально «мелкие» нарушения становятся основанием для признания закупки незаконной — ФАС и суды жёстко отстаивают равные условия для всех участников. Однако для этого контролирующим органам нужно добраться до реальных бенефициаров, что на практике сделать непросто, особенно когда за схемой стоит высокопоставленный чиновник.

В случае с Ларисой Тугановой эта схема могла работать идеально: один поставщик (тот самый предприниматель, который передавал взятки) через «дружественные» компании предоставлял «альтернативные» коммерческие предложения с завышенными ценами, после чего его собственное выглядело наиболее адекватным. А вице-премьер, курировавшая закупки, обеспечивала, чтобы никто не задавал неудобных вопросов о реальной независимости этих коммерческих предложений.

📌 Проблема №4: закупка у единственного поставщика как идеальная крыша для коррупции

И наконец, самый опасный инструмент: закупка у единственного поставщика. Федеральный закон № 44-ФЗ допускает такую форму в ряде случаев (например, при срочной потребности, при несостоявшихся торгах, при закупках на суммы до 100 000 рублей). Но когда она используется систематически, без реальной потребности — это почти всегда повод для проверки.

В деле Тугановой, по версии следствия, именно так всё и было устроено: вице-премьер давала указания руководителю учреждения закупать товары у конкретного предпринимателя в качестве единственного поставщика, минуя конкурсные процедуры. 53 контракта на сумму свыше 35 миллионов рублей — таков масштаб ущерба только по одному из эпизодов.

Справочник редакции: нормативные нарушения

🚨 Анализ редакции и предложения по реформированию системы

Проанализировав все выявленные «дыры» в системе государственных закупок, редакция пришла к выводу: существующая процедура делегирования составления технического задания заказчиком поставщику и сбора коммерческих предложений без контроля их объективности являются коренными причинами коррупции в госзакупках.

Пока техническое задание пишет будущий победитель торгов, а коммерческие предложения собираются с аффилированных компаний, — любые попытки бороться с коррупцией будут напоминать игру в напёрстки. Контролирующие органы будут выявлять отдельные эпизоды, но системно проблема не решится.

Редакция предлагает конкретные меры для устранения этих пробелов:

1. Запретить поставщикам участвовать в создании технического задания. Техзадание должно разрабатываться исключительно штатными специалистами заказчика либо независимыми аттестованными организациями, не заинтересованными в результате закупки. Это исключит «заточку» ТЗ под конкретного победителя.
2. Внедрить обязательный автоматизированный анализ рыночных цен при обосновании НМЦК. Вместо ручного сбора коммерческих предложений от «нужных» компаний заказчик обязан использовать данные из Единой информационной системы, объективные рыночные индикаторы и исторические данные о ценах на аналогичные товары. Использование коммерческих предложений должно быть допущено только как вспомогательный инструмент, но не как основной метод обоснования цены.
3. Ввести автоматизированную проверку аффилированности поставщиков, подающих коммерческие предложения. Контролирующие органы должны располагать инструментами автоматического выявления связей между компаниями (по учредителям, IP-адресам, телефонам) и блокировать возможность использования фиктивных коммерческих предложений для обоснования НМЦК.
4. Ужесточить ответственность за использование подконтрольных «коммерческих предложений». Административная и уголовная ответственность за данный вид мошенничества должна быть повышена, а контролирующие органы — получить доступ к реестрам аффилированных лиц в автоматическом режиме.
5. Создать независимые центры компетенции по составлению технических заданий на региональном уровне. В каждом субъекте РФ должен быть орган, уполномоченный разрабатывать ТЗ по сложным и дорогостоящим закупкам, исключая возможность влияния лоббистов.

Только комплекс мер, направленных на устранение коренных причин, а не следствий коррупции, сможет изменить ситуацию. Пока техническое задание и сбор коммерческих предложений остаются «чёрными ящиками», доступными для манипуляций, — схема, подобная тугановской, будет тиражироваться в каждом регионе.

Имущество как зеркало оборотов: изъятие на 30 млн рублей

Прокуратура через суд добилась изъятия у Тугановой  недвижимости на сумму свыше 30 миллионов рублей: трёх квартир в Москве. Антикоррупционная проверка вскрыла, что чиновница не смогла подтвердить законными доходами происхождение этих средств.

Прокуратура направила в суд иск об обращении указанного имущества в доход Российской Федерации. Суд полностью согласился с доводами надзорного ведомства — решение уже исполнено.

Это изъятие — не конфискация в рамках уголовного дела, а отдельная процедура контроля за расходами чиновников (Федеральный закон № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности…»), что ещё раз подтверждает масштаб несоответствия официальных доходов и реального уровня жизни.

Бегство, международный розыск и новые эпизоды

Узнав о перспективе реального срока, Туганова скрылась за пределами России. На данный момент она находится в международном розыске. Сын чиновницы также находится вне досягаемости российского правосудия. Именно после того, как сын эмигрировал в Канаду и запросил политическое убежище, разразился скандал, и Туганова была вынуждена уйти в отставку.

Тем временем следствие продолжает вскрывать новые эпизоды: в апреле 2026 года было заведено очередное уголовное дело, а количество подозреваемых растёт. В отношении директора учреждения и индивидуального предпринимателя расследуются уголовные дела о злоупотреблении должностными полномочиями и мошенничестве. Уголовные дела объединены в одно производство.

Следующий шаг расследования: что мы сделаем дальше

Редакция журналистских расследований продолжает собственное расследование. Мы направим официальные запросы в Следственное управление СК РФ по РСО-Алания, региональную прокуратуру, УФАС и правительство республики. В ближайшее время мы планируем:

• Получить и проанализировать конкретные техзадания по подозрительным контрактам.
• Выявить поставщиков, которые одновременно готовили техзадание и побеждали в торгах.
• Опросить независимых предпринимателей, которые пытались участвовать в этих закупках, но получили отказ (или не смогли подать заявку из-за «специфического» ТЗ).

Наша цель — не просто пересказать уголовную хронику. Редакция намерена добиться официальных ответов от контролирующих органов и в последующих публикациях представить общественности полную картину того, как устроен коррупционный конвейер. Каждый материал этого цикла — это не просто журналистика. Это попытка сделать систему прозрачнее. Это вклад в то, чтобы следующий чиновник, задумавший обогатиться за счёт бюджета, знал: его схема будет вскрыта, проанализирована и предъявлена обществу.

Продолжение следует.

⚖️ Материал основан на данных из открытых источников, судебных актов и официальных разъяснений контролирующих органов. Все утверждения о противоправной деятельности фигурантов являются версией следствия либо результатом собственного анализа редакции. Окончательное решение о виновности принимает суд.

Редакция журналистских расследований, Владикавказ